1Предразличие как недифференцированное поле
Слово «актер» – не однозначный термин, а поле, расщепляющееся на разные полярности в зависимости от контекста: работник сцены / директор, исполнитель / зритель, мужчина / актриса, воплотитель / автор, профессионал / частное лицо, играющий / ведущий себя естественно. К каждой строке таблицы Перлз добавляет пример предразличия (понятие из главы 1) – состояния, в котором противоположности еще не разделены и существуют как единое целое.
Самым прозрачным оказался пример с ребенком, играющим льва: ребенок есть лев, разделение на «я-играющий» и «роль» еще не произошло – это чистое предразличие. Профессиональный актер – противоположный полюс: дифференциация состоялась, актер знает, что играет. Особенно тонкий случай – пример с диалогом: функции говорящего и слушающего в живом разговоре перетекают, и только при наблюдении себя со стороны возникает жесткое расщепление на исполнителя и зрителя внутри – в эту область, по Перлзу, попадают патологические феномены самосознания.
Полярности всегда конкретны для контекста; одна и та же фигура (актер) в разных полях рождает разные противоположности. Перлз в этой главе показывает одну сторону патологии – жесткую дифференциацию (расщепление на исполнителя и зрителя внутри себя при патологическом самосознании). Обратный полюс – застревание в недифференцированном слиянии – развернется у него позже, в более поздних работах. Структура таблицы становится понятнее, если читать ее справа налево: от целостной фигуры предразличия к разделению, а не наоборот.
2Работа с полем и полярностями в практике
«Так, зная «поле», контекст, мы можем определить противоположности, и наоборот, зная противоположности, мы можем определить специфичное для них поле.»
Когда клиент говорит в категориях полярностей («это плохо / это хорошо»), терапевт получает доступ к тому, в каком контексте клиент находится и как он его дифференцирует. Обсуждалась ситуация, когда один и тот же навык (например, ассертивность) уверенно работает в одних отношениях и полностью исчезает в других. Меняется контекст – меняется способ разделения на противоположности; работать нужно с конкретным контекстом, а не с навыком.
В обсуждении полярности были прочитаны как диагностический инструмент. Прояснение и насыщение контекста важнее, чем работа с заявленной полярностью как таковой. Из проясненного контекста потом сама может проступить фигура.
3Ассоциация как отщепленная часть целого
Перлз называет ассоциации частицами мышления, искусственно изолированными от более широких контекстов. «Ценность ассоциаций заключена не в них самих по себе, а в существовании специфических сфер, частью которых они являются.»
Перлз признает за Фрейдом интуитивное видение гештальтов за ассоциациями, но критикует ассоциативную психологию за работу с ассоциацией как с самостоятельной единицей. С гештальт-позиции ассоциация – отщепленный кусочек, указывающий на целое; ценность – в восстановлении контекста, частью которого она является.
Это тот же принцип «контекст определяет содержание», только применительно к ассоциативному материалу. Терапевт работает не с самой ассоциацией, а с насыщением контекста, в котором она возникла.
4Мышление как свернутое действие и слова-символы
«Мышление есть действие в гомеопатических дозах; средство экономии энергии и времени.» Сэкономленная энергия, по Перлзу, уходит на то, чтобы обозначать сенсорные переживания словами и оперировать словами-символами как самими объектами. Потеря категориального мышления ограничивает ориентацию и действие (К. Гольдштейн).
Мышление – не отдельное от действия, а действие в свернутом виде: вместо обхода десяти магазинов можно «пробежать» сценарии внутри. Слово-символ – контейнер свернутого опыта: в слове «ботинок» свернуты тысячи прошлых сенсорных контактов, можно оперировать словом вместо реального объекта. Категория – следующий уровень свертывания: «обувь» объединяет ботинки, туфли, сапоги. Гольдштейн описал потерю категориальной установки у пациентов с поражениями мозга: они сохраняют конкретное восприятие, но не могут классифицировать предметы и не могут сказать «идет снег» летом – символ слипается с конкретной ситуацией. Затронули обратную сторону темы – ситуацию, когда сэкономленная мышлением энергия не возвращается в действие, а закольцовывается в думании.
Здоровое мышление – свернутое действие, готовое развернуться обратно. Уровни свертывания (от сенсорного переживания через объект и слово-символ к категории) выстраиваются в лестницу, по которой здоровый организм гибко перемещается в обе стороны. Из этой схемы можно вывести клинический ориентир: невротические паттерны часто связаны с застреванием на одном уровне – чрезмерной категоризацией без возврата к ощущению или, наоборот, неспособностью подняться над сиюминутным. Клиническая работа во многом – обратное движение по этой лестнице: от категории «у меня депрессия» к «не хочу вставать утром», к «тяжесть в груди», к импульсу – и обратно, к более точному символу («грусть по утраченному» вместо общей «депрессии»).
Дифференциальное мышление
Творческое безразличие Фридландера и нулевая точка, энергия как функция вместо причинного объяснения, отношение Перлза к психоанализу.
Следующая · часть 1, глава 3Организм и его равновесие
Дуализм в языке и медицинском образовании, равновесие организма как процесс, смысл высказывания «я дрожу», невротик как неполная эмоция и вопрос о его равновесии.
